— Одним словом, патрон, есть все условия свернуть себе шею?
— Пожалуй, лучше не скажешь.
Гремилли вернулся к себе и попросил свою экономку, мадам Сюзон, помочь собрать ему чемодан, намекнув, что командировка может затянуться на неделю и даже больше. Мадам Сюзон была вдовой полицейского, убитого при исполнении служебных обязанностей около сорока лет тому назад. Оставшись верной памяти мужа, она решила навсегда связать свою жизнь с тем миром, в котором он жил.
— Опять будете бегать за каким-нибудь бандитом, мсье Альбер?
— А что, если я буду бегать за какой-нибудь колдуньей?
— Увы… И что на сей раз натворил этот субчик?
— Похоже, то, на что у меня самого не хватило духу… Избавился от жены.
Подобная болтовня всегда приводила старушку в ярость, Гремилли это знал, но продолжал подначивать.
— Как вам не совестно говорить такое! Если вам не повезло со своей, то это не значит, что все жены плохие! Я убеждена, что, если бы мой Антуан остался тогда жив, мы бы были с ним замечательной парой!
Гремилли прибыл в Перигё во второй половине дня. Он взял такси при выходе из вокзала и сразу отправился в административный центр, чтобы встретиться с комиссаром Сези. Комиссар принял своего коллегу с нескрываемым вздохом облегчения, в чем откровенно и признался:
— Вы себе представить не можете, как я счастлив, что вы приехали!
— Почему же, могу, для этого достаточно на вас посмотреть!
— Словно занозу у меня из пятки вытащили! Знаете, для любого местного полицейского нет ничего хуже, чем дела, в которых замешаны именитые граждане. С одной стороны, следят за каждым вашим шагом, чтобы, не дай Бог, вы не поддались влиянию подозреваемого авторитета, с другой — сами на каждом шагу ставят вам палки в колеса.
— Знакомая история. Вы не могли бы мне в общих чертах описать суть дела?
— Хорошо. Ну, в общем, так. Дверь открыта; сейф — тоже, причем без малейшей царапины; жертва не оказывает никакого сопротивления убийце. Все свидетельствует о том, что мадам Арсизак была убита человеком, которого она хорошо знала и, судя по всему, не имела никаких оснований опасаться.